С чувством вины знаком каждый из нас. Более или менее. Лучше всего его можно понять, слушая рассказы клиентов, приходящих к психологу. Это очень помогает отследить подобные моменты возникающие в собственной жизни. В статье приведены несколько таких монологов. Читая их, попробуйте поставить себя на место рассказчика, почувствуйте то, что чувствует он(она). Польза от прочитанного возрастет многократно.

Для каждой жертвы найдется свой палач

"Наконец оказалось несложно дать волю слезам. Не страшно зайти к начальнику и с криком: «Больше не могу работать!» расплакаться у него в кабинете. И он, даром, что зануда и бука, даже вроде понял: «Ну, хорошо, хорошо, понимаю, большая нагрузка, нужна остановка, возьми больничный». И тут же все испортил, добавив: «Ну, ты же понимаешь, что эмоциональный срыв - это не инфаркт, и твой больничный долго не продлится».   В ответ сразу же захотелось парировать чем-то умным, вроде «Восемьдесят процентов заболеваний носят психосоматический характер». Но, то ли сил не было что-либо доказывать, то ли лимит возможного понимания со стороны начальства был исчерпан, - так ничего на это и не ответила.   Два дня отсыпалась. Какое счастье не вставать в шесть тридцать и не «бежать», еле волоча ноги, на работу. На четвертый день моего «отдыха» возникло странное ощущение собственной «мелкости», заставляющее втянуть голову в плечи:  - Что это еще за метаморфозы?   И сознание услужливо подкинуло ответ: ты тут отдыхаешь, а они там работают, свершают, так сказать….   И все завертелось по новой. Знакомое с детства каждого советского пионера чувство вины выпустило когти и вонзило их где-то в районе солнечного сплетения.   Те же ощущения были, когда только перешла в новый отдел и делала много ошибок в работе. Начальник кричал: «Неужели нельзя такие простые вещи сделать правильно? Куда ты смотришь? Спишь, что ли?»  И почему-то не возникла мысль узнать, какое он имеет право на меня кричать. Тем паче, что если и сплю, то явно не с ним.  Американка на моем месте подала бы на начальника в суд. Француженка продемонстрировала бы на нем крепость нового лака для ногтей. А мы? Мы втягиваем голову в плечи и чувствуем себя виноватыми. Опять.   Тогда же, только дрожали пальцы, стуча по клавишам клавиатуры, переходя из программы в программу и делая в документах новые и новые ошибки.   Это сейчас, через несколько лет, взглянув на ситуацию со стороны, понимаешь, как хорошо быть начальником, имея сотрудников с развитым чувством вины. А тогда…. Вот она – жертва, а вот и ее палач".

Родом из детства

"Недавно сын что-то набедокурил. Подходит с этаким виноватым видом, глаза долу. Автоматически вырвались слова: «Ну что ты там еще натворил, горе мое?» Он - «горе мое» заранее, так сказать, авансом. Еще не зная, что произошло и произошло ли вообще. А я себя чувствую творцом и вершителем его судьбы. Да здравствует чувство вины!" Так по жизни. Детская установка «Надо быть хорошей девочкой или мальчиком» многим взрослым ломала жизнь, мешала самореализации, заставляя самому наступать на горло своей мечте.   Один психоаналитик рассказывал, что в юности мечтал носить длинные волосы и играть в вокально-инструментальном ансамбле. Его кумирами были «Beatles». Но был строгий отец и был послушный мальчик, носящий короткую стрижку, окончивший медицинский институт и работающий психологом в МВД. Сейчас ему пятьдесят. Он носит длинные волосы, и, в свободное от психоаналитических сеансов время, играет в клубе на электрогитаре.   Успешная сорокалетняя женщина, попросила мужа подарить ей на новый год большого игрушечного пса. Она назвала его Сережей и теперь частенько берет его с собой в постель. Рассказывает, что отступила бессонница, а глаза при этом светятся какой-то детской искренней радостью.    Если чего-то действительно хочешь, это все равно происходит, рано или поздно. Человек не может всю жизнь идти наперекор своим желаниям, как бы не «винователи» его «желающие ему только добра» близкие. Понятие «добра»  у каждого свое, а проживать чужую жизнь оказывается слишком энергозатратно.   Быть может стоит попробовать быть не хорошей или плохой, а разной, в зависимости от ситуации, в которую попадаешь и того, что в этой ситуации хочешь получить?

 Без вины виноватые

 А еще бывает так, что желание быть хорошим для кого-то: мамы, папы, «друзей» превращается в желание достигнуть совершенства вообще. Человек перестает адекватно воспринимать себя таким, какой он есть. Теперь для него, он всегда «не достаточно стройный, способный, умный, красивый» и так далее. Такая личность начинает изнурять себя диетами, не вылезая из аэробных залов, получать одно образование за другим, пытаясь достигнуть призрачного совершенства и, не давая себе возможности воспользоваться плодами своих трудов. Вот еще один из рассказов клиентов психолога.  «Получая четвертое высшее образование, уже во время учебы, я отдавала себе отчет, что вряд ли буду работать по получаемой специальности, что в лучшем случае это будет работа на стыке  всех полученных мною специализаций. Но шаг был сделан, «все оплачено» и надо было дело довести до конца. «Любое дело надо доводить до конца!» - слышался отцовский голос. И тратились силы, время, эмоции для того чтобы еще раз преодолеть себя».  Для людей, стремящихся, во что бы это не стало, достигнуть совершенства, существует даже отдельное название, говорящее о том, что их существование признано как явление. Перфекционисты ищут любовь, дружбу, хорошую, достойную их работу, но, найдя ее, не узнают или не верят, что нашли и, подсознательно, делают все,  чтобы от этого избавиться.   «Как же можно любить такое несовершенство, как я?!» «Как же мне можно доверить такую сложную работу, я же не знаю всего?!»  Часто они заранее уверены, что у них ничего не получится, что они не оправдают чьих-то ожиданий. Такие  люди живут в постоянном напряжении и чтобы, хоть как-то, защититься от страхов и неудач, начинают испытывать чувство вины. Ведь когда человек говорит, что он виноват, первый порыв собеседника сказать: «Ну, ничего, ничего, все хорошо, тебе просто нужно еще немного поработать» или что-нибудь подобное. Будет ли  человек работать со своей проблемой, или все останется по-прежнему, неизвестно. Но конфликт исчерпан, ведь он извинился,  то есть испытал чувство вины и уже этим, как бы, искупил свой промах.   Когда подсознательно считаешь, что не заслуживаешь подарков от жизни, перестаешь ощущать  эмоциональный подъем, легкость, благодарность. Вокруг замечается только плохое. Человек как бы запрещает себе чувствовать радость и удовольствие, в итоге запрещает себе просто чувствовать. Начинают раздражать те, кто разрешает себе наслаждаться жизнью, не платя столь высокую цену. В итоге, в душе поселяется злоба и зависть.  Одна мамочка разговаривая на эту тему со своим шестнадцатилетним сыном, получила ответ: «Ну, тогда просто не надо испытывать чувство вины, это ненужное чувство…»  - Позиция «надо не надо» – прерогатива консерваторов – возразила она.  - Ну, значит, мне надо есть консервы – ответил сын, закрывая за собой дверь.    Ее сын «закрылся» потому что мать не удержалась и дала ему оценку, назвав консерватором, а никто из детей не любит когда его оценивают. Но ей самой в тот момент стало легче. Тяжелое ощущение того, что говорить о чувстве вины, не  чувствуя вину невозможно, прошло. Пришло понимание того, что это чувство разрушительно для «виноватого» и абсолютно не конструктивно для «обвинителя».   Это чувство – меч без рукоятки, обоюдоострый клинок. Беря его в руки, не знаешь, кто останется победителем, владелец меча или тот, против кого он направлен.  Поступать «неидеально», отступать от норм морали и еще каких либо общественных норм, а особенно от своих  принципов и не испытывать при этом  вину, означает принять свое несовершенство, согласиться с  собственной неидеальностью. Это означает  перестать быть хорошей девочкой или мальчиком и начать жить своей собственной жизнью, нести ответственность за свои поступки и решения, а это не всегда легкая ноша.

Куп де грас

В средние века каждый уважающий себя рыцарь кроме меча всегда имел при себе маленький клинок – мизерикорд. Он предназначался для того чтобы милосердно добить смертельно раненного противника, дать ему возможность умереть достойно. Убивая своего врага, рыцарь не лишал его чести. Удар клинка, несущий смерть-избавление назывался куп де грас.  Времена рыцарей давно прошли. Давно отменены дуэли. У нас есть гораздо более изощренные способы наказать обидчика, не убивая друг друга. Нет необходимости быть  жестокими, но и возможность быть милосердными, по-видимому, тоже утрачена.  Невысказанное чувство вины автоматически превращается в обиду за «непрощение», влекущую за собой агрессию и непрекращающийся конфликт.  Одна моя знакомая, психолог, назовем ее Леной, попала в очень неприятную ситуацию. Она была на обучающем психотерапевтическом тренинге, где в качестве учебного материала разбирались личные проблемы участников. Предполагалась атмосфера полного доверия, конфиденциальности, безопасности и добровольности. Тренинг вел достаточно опытный, уважаемый в своих кругах тренер. В одном из упражнений он применил не приемлемый для Лены прием.     Возможно, он неверно определил  ее тип личности, и то, что обычно хорошо срабатывало на других, у Лены вызвало противоположный эффект. Ее реакция была очень бурной, неожиданной для тренера. И, хотя, по всем признакам было видно, что он понял свою ошибку, тренер так и не нашел в себе силы извинится перед ней.   Свидетелями его промаха была вся группа, может быть не столь компетентных, но, все - же, интересующихся данной проблемой специалистов.   Лена с трудом закончила обучение на  курсе, потому что каждый семинар с этим тренером сопровождался конфликтом. Он прекрасно понимал, что никакими психотерапевтическими целями нельзя оправдать тот факт, что мужчина "поднял руку" на женщину, будучи уверенным, что не получит адекватный ответ.  Но привычка, для собственного спокойствия, смотреть на все краем глаза, не дала ему возможности выйти из зоны комфорта. Так два интеллектуальных, глубоко чувствующих человека, вместо духовного обогащения от общения получили стойкий негатив.  Казалось бы, простые слова: «Извини, пожалуйста». Но для некоторых их произнесение равносильно подписанию приговора.  А мы радуемся даже самым натянутым извинениям в свой адрес: лучше обмануться и забыть, чем копить негативные эмоции.      В психологическом эксперименте Корнельского университета (США) добровольцев намеренно обижали. После этого «виновники» приносили извинения - либо по собственной воле, либо по принуждению. И хотя для наблюдателей фальшивые и искренние извинения резко отличались, «жертвы» верили и тем и другим, и принимали формальные извинения, не задумываясь. Желание простить и освободиться от груза обиды было гораздо сильнее сомнений в искренности приносимых извинений.

Сыновний долг

А как замечательно умеют манипулировать чувством  вины наши старшие родственники, бабушки, дедушки. Да, молодые люди, бывает, не часто вспоминают о них. Не всегда у занятого бизнесом, «вертящегося как белка в колесе» среднего поколения  есть время заглянуть к своим родителям. Мы не идеальны.    Но однажды, глубоким вечером, один банкир, добравшись, наконец, с работы домой, услышал телефонный звонок. На том конце раздался стон: «Ты совсем меня забыл, у меня давление под двести, я не могу выйти в аптеку».   Резко осознав свой сыновний долг и чувствуя себя последней дрянью, он понесся в дежурную аптеку и продуктовый магазин. Наконец, с кучей авосек, оказался у заветной двери. Звонок. Дверь открывает розовая, после ванной, мамуля, с бутылочкой лака в одной руке и пультом от телевизора в другой.  - Заходи, заходи, у меня как раз сериал заканчивается…  - Мама, а как же давление?  - А было, было. У главной героини ребенка украли. Так переживала за нее, бедную, думала совсем помру. А тут, как на грех, вся валерьянка закончилась. И в аптеку не отойдешь, до конца фильма еще двадцать минут…  Конечно «мамуля» вовсе не хотела «напрягать» уставшего после работы сына, а, тем более, пугать его. Но бывает порою трудно просто сказать: «Я соскучилась по тебе, я люблю тебя, пожалуйста, приходи на чашку чая» Такая просьба покажет уязвимость старшего поколения, которое «всегда должно быть сильным, уверенным, примером для подражания своим детям».

Каждому - свое

Чувство вины сугубо индивидуально и субъективно. Кто-то с помощью «мохнатых рук» делает себе карьеру, «подсиживая» коллег, и считает, что так и должно быть, а кто-то не позволяет себе попросить у  начальника прибавку к жалованию, не желая быть никому обязанным. Откуда происходит такая полярность в отношении к жизни? Скорее всего, из детства. Слишком строгий родитель, не знающий других методов воспитания помимо наказания, подрывает веру ребенка в себя, заставляя его жить с постоянной оглядкой. «А что скажут другие? Не причиню ли я кому неудобств своими желаниями?»   А в случае развода, маленький ребенок, чаще всего, считает, что это печальное событие происходит из-за него. Это он сделал что-то не так, не убрал за собой игрушки, принес двойку, это он плохой. Родители не могут быть несовершенны, ведь они – Мама и Папа, значит,  это он во всем виноват. Если  взрослые, занятые собственными проблемами, не возьмут на себя труд разубедить его в этом, то ребенок может страдать от  чувства вины всю оставшуюся жизнь. Ощущение «виноватости» может распространиться и на другие сферы его будущей жизни, особенно сферу взаимоотношений.     Чувство вины известно человечеству с незапамятных времен. С точки зрения иуде-христианской морали, все мы плоды греха, потомки Адама и Евы, нарушивших запрет и виноватых перед господом. Об этом чувстве написаны горы книг и статей. Но у каждого из нас всегда остается собственный взгляд на эту тему. Помогает мне это чувство двигаться вперед, к лучшему будущему или затягивает в болото страхов и рутины? Теперь я задаю себе этот вопрос каждый раз, когда чувствую себя виноватой. И всякий раз ответы бывают разными, но двигаться вперед становиться легче.