§ 4. Морфологические типы качественных наречий и их связи с именами прилагательными

В современном русском языке больше всего наречий качественных, соотносительных с именами прилагательными. Это очень продуктивный разряд.

Близость наречия к именам прилагательным нередко кладется в основу понимания всей категории наречия. Возможны две точки зрения на связь качественных наречий с именами прилагательными. Одна опирается на живое современное языковое сознание, которое готово признать качественные наречия формой соответственных прилагательных. Акад. Л. В. Щерба писал: "Такие слова, как худой и худо, мы очень склонны считать формами одного слова, и только одинаковость функций слов типа худо со словами вроде вкось, наизусть и т. д. и отсутствие параллельных этим последним прилагательных создают особую категорию наречий и до некоторой степени отделяют худо от худой". (Ср. сходные соображения у проф. Куриловича в его рассуждении о частях речи.) Конечно, в нашем сознании наречия на -о, -е отнюдь не сближаются с какой-нибудь другой схожей по внешнему виду формой имени прилагательного, например с нечленной формой имени прилагательного среднего рода. Вопрос стоит в иной плоскости: образуют ли наречия на -о, -е отдельные, самостоятельные слова или же они являются своеобразными беспадежными и несогласуемыми формами имен прилагательных? Другой точке зрения на качественные наречия, тоже подчеркивающей их однородность с именем прилагательным, чуждо понимание живых современных грамматических отношений. Эта точка зрения грешит анахронизмом. В соответствии с давним взглядом на генезис наречий типа хорошо, внимательно и т. п., нашедшим отражение еще в "Российской грамматике" Ломоносова, а затем в грамматике Востокова, она прямо объявляет наречия на -о, -е краткими прилагательными среднего рода единственного числа. Например, Р. И. Аванесов и В. Н. Сидоров в своем учебнике "Русский язык" писали: "От качественных прилагательных вообще наречия не образуются. В роли наречий от них употребляются краткие прилагательные среднего рода (на -о, -е). Последние могут определять глагол и тогда обозначают уже не свойство предмета, а признак действия, т. е. приобретают значение наречия. Сравним: блюдце чисто и блюдце чисто вымыто; описание интересно и он интересно описал; движение быстро и он быстро двигался".

Только предвзятая, оторванная от живой речи мысль лингвиста может не заметить пропасти между этими грамматическими омонимами в современном русском языке (а таких омонимов может быть и больше, например: сберегать тепло, тепло одеть ребенка и в доме тепло; причинить, делать зло, зло издеваться, зло посмеяться над кем-нибудь, лицо было зло и вульгарно и т. п. Ср. также другие типы омонимов: больно ударить, мне больно руку и сделать больно). Ведь для нас непосредственная связь определяющего, но несогласованного имени прилагательного среднего рода с глаголом была бы непонятной, так как для нас имя прилагательное — синтетическая категория, располагающая формами согласования. Кроме того, категория кратких имен прилагательных в современном русском языке связана с формами времени.

Наконец, средний род краткой формы имен прилагательных немыслим в русском языке вне соотношения с мужским и женским родом, а все вместе — вне соотношения с членными формами. Между тем наречия на -о, -е не только не соотносительны с краткими формами имени прилагательного (ср., например, историю возникновения и развития отпричастных наречий типа угнетающе, вопрошающе, исчезающе и т. п.), но иногда отличаются от них даже ударением (ср. различие ударений в наречии старо и прилагательном старо; в наречии мало и прилагательном мало; в наречии здорово и прилагательном здорово; в наречии остро и прилагательном остро; в наречии больно и прилагательном больно; в наречии красно и прилагательном красно и т. п.).

Да и обращение к другим языкам за параллелями может лишь вконец подорвать теорию приравнения качественных наречий к среднему роду имен прилагательных.

Близость наречий к прилагательным особенно ощутительна в языках с развитым или развивающимся аналитическим строем. "В таких языках, — пишет проф. Булич, — различие наречий от прилагательного с помощью естественного формального языкового чутья уже подорвано. В предложениях вроде er spricht gut и er ist gut уже незаметна первичная разница между наречием и прилагательным. Отсутствие различения сказывается особенно ярко в употреблении превосходной степени наречия с вспомогательным глаголом там, где в положительной степени стоит несклоняемая форма прилагательного, тождественная по форме с наречием: du bist schön, du bist am schönsten wenn и т. д.". Наоборот, некоторые наречия в сочетании с прилагательным в различных языках, даже аналитических, склоняются, как прилагательные: по-французски говорят toute pure, toutes pures — совсем чистая, совсем чистые.

Если в современном русском языке искать параллелей для такого типа наречий, то их скорее всего можно найти среди слов, связанных с местоимениями и числительными. Таковы, например (этимологически разлагаемые на элементы), идиоматические выражения: сам-друг, сам-третей, сам-четверт, сам-пят, сам-шест, сам-сем и т. п. (овес уродился сам-третей; пшеница уродилась сам-десят; урожай сам-шост и др.). Из местоименных оборотов сюда, по-видимому, подойдет: "Вот он я!"

Ср. у Л. Толстого в "Войне и мире": "Проходя мимо зеркала, она заглянула в него. — Вот она я!" — как будто говорило выражение ее лица при виде себя". Но в русском языке, в котором еще не очень богаты приемы аналитизма, такого типа наречий немного. Они представлены главным образом застывшими оборотами речи.

В русском языке краткое прилагательное более тесно сближается с категорией наречия не тогда, когда оно приглагольно и согласуемо, а когда оно употребляется в качестве безлично-временной формы. Синтез имен прилагательных и наречий осуществляется внутри категории состояния.

Широкое развитие качественных наречий на -о, -е свидетельствует о растущей потребности качественной дифференциации оттенков действия. Качественные наречия чаще всего определяют действие. Сочетания их с именами прилагательными, с категорией состояния и с наречиями в общем ограничены довольно определенными семантическими категориями (о которых удобнее говорить в курсе русской лексикологии). Например: "Впервые он почувствовал, что живет в неизмеримо громадном мире и что мир этот непонятно суров" (К. Федин, "Братья"); "Небо стояло необычно высоко" (К. Федин, "Города и годы"); "Нет, это я его маленько ушиб второпях", — ответил Тихон глупо громко и шагнул в сторону" (Горький) и т. п.

Круг наречных образований на -о, -е в русском литературном языке продолжает расширяться. Так, распространение отпричастных наречий на -е (-юще и реже -яще), начавшееся с 60 — 70-х годов XIX в., не прекращается и в современном языке10 . Наречия этого типа примыкают не только к глаголам, но и к прилагательным и другим качественным наречиям. Например: "Жена... была элегантна и заманчива, беспокояще красива" (Л. Толстой, "Крейцерова соната").

"Число слов с этим суффиксом исчезающе мало" (Л. В. Щерба, "Восточнолужицкое наречие").

"Весна-недоноска, а такая всегда бойка, нахальна, то подкупающе ласкова или вдруг холодна, сонна" (Д. Лаврухин, "Невская повесть").

В самом конце XIX в. обозначается тенденция к образованию наречий на -о, -е и от относительных имен прилагательных, не имеющих ни краткой формы, ни степеней сравнения. В современном русском языке этот процесс протекает очень интенсивно. Например, получают широкое распространение наречия от относительных прилагательных на -овый, -евый: "Профессор... ввинчивал чеканно, маршево, восторженно короткие звонкие шажки в мокрые плиты" (Федин, "Города и годы"); "Сэр Фальстаф старается отождествить хотя бы звуково "good words" (образные слова) с "good warts" (разросшаяся трава)" (Литературный критик, 1935, № 2); работать планово; рассуждать делово и другие подобные.

Итак, в современном русском языке заметно расширяется круг наречного словопроизводства не только от качественных, но и от относительных имен прилагательных.

В процессе морфологического перевода имен прилагательных в категорию наречия особенно велика роль группы слов с суффиксом -(ь)н- (с ударением не на флексии). От прилагательных на -(ь)ный образуются формы наречий на даже в тех случаях, когда имя прилагательное имеет ярко выраженное предметно-относительное значение. Таковы, например, группы наречий, обозначающих время, число и порядок, производные от прилагательных на -ный с приставкой по-: повзводно, поротно, поочередно, помесячно, поминутно, поденно и т. п. (ср. также наречия, производимые от относительных прилагательных с приставками до-, за- и другими: досрочно, заглазно, заочно и т. п.).

Приставка по- играет основную организующую роль и в непосредственном предложном производстве наречий от относительных имен прилагательных.

Очень продуктивен и другой морфологический тип наречий: на -ски, -цки, соотносительный с разрядом имен прилагательных на -ский и, следовательно, включающий в себя, наряду с качественными значениями, и оттенки предметного отношения. Например: "Он мастерски об аде говорит" (Пушкин, "Пир во время чумы"). Ср.: братски, дружески, отечески, страдальчески, предательски, захватнически, идеалистически, марксистски, пролетарски, лингвистически, мещански, барски, рабски, приобретательски, вредительски, зверски, ритмически и т. п., а также: по-татарски, по-польски, по-ученически, по-кулацки, по-казацки и т. п.

Далее: § 5. Степени сравнения и формы субъективной оценки у качественных наречий

К содержанию